воскресенье, 15 февраля 2009 г.

-61. Burgess, Susan R. Beyond instrumental politics: The new institutionalism, legal rhetoric, and judicial supremacy.

В случае, если новый институционализм опирается на инструментальное понимание политики: люди ищут полезности, они рациональны и пр., а скидка на институты делается для того, чтобы показать, как формируются и формулируются правила. В таком подходе исследование юридической риторики превращается в изучение фикций, поскольку право в этой перспективе предстает, как способ мистификации и сокрытия своих реальных целей. Такую же позицию занимает и Марч и Олсен. В этой модели суды изучаются для получения решений из преференций. (с. 445-446).
Но если политику понимать и качестве пространства исследования, выработки и выражения смыслов, установления общих и конфронтационных понятий о практике, то тогда легальную риторику можно понимать, как инструмент интерпретативного порядка, а не только как способ запутать слабого.
Наиболее важно то, что институциональные мероприятия влияют на формирование решений. И следуя Марч и Олсен нужно смотреть, как символические элементы влияют на принятие этих решений.
Если новый институционализм опирается на теорию рационального поведения, то он мало отличается от старого подхода, что отмечать М. Шапиро.
Автор же считает, что к легальной риторике нужно относиться более внимательно. И как пример исследуется вопрос о господстве решений судебной власти - в частности в интерпретации конституции.
Несмотря на то, что американские исследователи считают, что превосходство суда в интерпретации Конституции прослеживается еще с 1806 года, о чем говорят и постановления Верховного Суда США 60-70-х годов, на самом деле, эту идею суд придумал именно в 20-м веке. До этого президенты использовали свою власть для того, чтобы ограничить власть суда, ссылаясь на принципы демократии.
Наличие у судов права последнего слова при интерпретации законов и решений исполнительной власти уменьшает демократический потенциал гражданина в политии, поскольку если у институтов законодательной или исполнительной власти нет рычагов влияния на суд, то откуда возьмется возможность не повиноватсья и влиять у отдельного гражданина. Поэтому идея Р. Дворкина о том, что у суда есть право на последнее слово, а у гражданина есть право не повиноваться - не выдерживает критики.

c. 445-446: Утверждение, что институты влияют на политику еще не обязательно отделяют новый институционализм от старого. При опоре на теорию рационального поведения выводы получаются более "ретроградными". Поэтому многие исследователи в поле политологической юриспруденции и утверждают, что новый институционализм не такой и новый. Мартин Шапиро утверждал, что новый институционализм Марч и Олсен - это то, что делали уже давно многие исследователи из поля политической юриспруденции.

с. 451-452: «Judicial supremacy is an institutional arrangement that gives the federal judiciary final and indisputable say in constitutional interpretation. While judicial review grants the Court the authority to strike down legislative and executive acts, judicial supremacy as Walter Murphy notes, further obliges the elected branches "not only to obey that ruling [in the specific case at hand], but to follow its reasoning in future deliberation." {Walter Murphy Who shall interpret? The quest for ultimate constitutional interpreter. Review of politics. 48. 1986. 406-407). Under judicial supremacy, one Court interprets the Constitution, its word is final and cannot be questioned by the other branches».

с. 456: Сторонники judicial activism - Ronald Dworkin, David A.J. Richards, Michael Perry.


с. 457: «Glendon suggests that transforming issues into the language of rights, even though contention remained about what rights are, vastly increased the Court's monopoly on political discourse." {Mary Ann Glendon, Rights talk: The impoverishment of political discourse. new York, Free Press, 1991.}»

BIBTEX-описание статьи:

@article{Burgess.1993,
author = {Burgess, Susan R.},
year = {1993},
title = {Beyond instrumental politics: The new institutionalism, legal rhetoric, and judicial supremacy},
pages = {445-459},
volume = {25},
number = {3},
journal = {Polity}
}

Комментариев нет:

Отправить комментарий